Наале

В Израиль я приехала в 15 лет по программе «Наале» — без родителей, как школьница, имеющая право на репатриацию. К 18 годам я должна была решить, хочу ли здесь остаться, получить гражданство и пойти в армию.

Единственным моим родственником в Израиле тогда был дядя, он настойчиво отговаривал меня от службы, рассказывал ужасное. Впрочем, он же, после того как я попала в боевые части, больше всех мной гордился. Говорил: я боялся, что ты пойдешь туда из-за романтики, не представляя, что тебе предстоит, потому что в Цахале чем круче твоя служба, тем сложнее задания и опаснее операции. То есть больше вероятность, что тебя убьют. Но мне хотелось служить, причем делать что-то настоящее, реальное, а не сидеть перед компьютером, даже в каких-нибудь войсках противовоздушной обороны.

Так как мои родители жили в России, я должна была стать солдатом-одиночкой.

СОЛДАТ-ОДИНОЧКА Это официальный статус в израильской армии, с романтическим ореолом, о таких солдатах слагают песни и пишут повести. Считается, что у этого человека — чаще всего нового репатрианта — сильнейшая мотивация и он быстро продвигается по службе, хотя ему приходится усваивать с нуля те вещи, которые известны каждому израильскому ребенку.

Солдагы-одиночки получают много дополнительной помощи от армии: их зарплата вдвое выше, чем у остальных (в наше время это было 1400 шекелей против 700), им предоставляют квартиру или деньги на съем жилья, самую необходимую технику вроде чайника или плиты, мебель, одеяла, посуду. Раз в год солдат-одиночка имеет право на месяц получить отпуск за счет армии, чтобы поработать на х’ражданке, а еще на месяц слетать в отпуск на родину. Один раз за службу армия оплачивает перелет к маме с папой, вне зависимости от того, в какой точке планеты они находятся. Раз в полгода одиночкам положен личный разговор с командиром, с которым можно обсудить свое будущее, пожаловаться, если что-то не так, попросить о переводе или просто получить немножко отеческого внимания и утешения.